Исходя из сказанного, становится совершенно очевидным, что Ригведа — памятник, принадлежащий не только народам, говорящим на языках индийской группы, но и всем индоевропейским народам, которые не могут не найти в архаичных ведийских текстах первоосновы и своего собственного мировоззрения.

Ригведа — это и первоисточник первобытного космизма, поэтического видения Вселенной и управляющих ею законов, неисчерпаемого знания о запредельном мире Богов и обыденном мире людей, живших в той далекой эпохе, о которой иных устных и письменных свидетельств почти не сохранилось. Считается — и не без оснований, — что именно в Ригведе содержится один из древнейших философских текстов, формулирующих систему взглядов на мир и его происхождение:

Тогда не было ни сущего, ни несущего; Не было ни воздушного пространства, ни неба над ним. Что в движении было? Где? Под чьим покровом? Чем были воды непроницаемые, глубокие? Тогда не было ни смерти, ни бессмертия, не было Различия между ночью и днем. Без дуновения само собой дышало Единое, И ничего, кроме него, не было. «…» Из чего возникло мирозданье, создал ли [Кто его] или нет? Кто видел это на высшем небе, Тот поистине знает. [А] если не знает? (X, 129. Перевод В. А. Кочергиной)

Здесь больше вопросов, чем ответов. Но от того древний текст еще больше становится близким современному человеку. Ибо сегодня нас так же, как наших прапредков, волнуют все те же вопросы. И все так же трепещет душа перед безднами мироздания. И мы мучаемся все теми же сомнениями: а правильно ли мы познаем законы мира и дано ли нам вообще познать их до конца. Творческий экстаз людей прошлого абсолютно ничем не отличается от творческого экстаза людей настоящего.